Публикуем интервью с лидером «Молодёжной классики» по мнению мужской части учащихся московских школ, представителем музыкальной династии — популярным российским композитором Ильёй Бешевли.

Илья, Вы входите в число лучших композиторов "Молодежной классики". И есть один критерий, по которому на данный момент нет никого лучше Вас. Это оценки мужской половины юных слушателей. Женской половине Ваша музыка нравится не меньше, но нескольких композиторов они оценивают еще выше. А мужская аудитория никого не ценит выше Вас. Можете как-то прокомментировать такой расклад?

И.Б.: Спасибо. Но я не вполне соглашусь, ведь если прямо сейчас открыть статистику прослушиваний в интернете моей музыки, мы увидим преобладание женской аудитории над мужской. Однако количество слушателей-мужчин действительно увеличивается в процентном соотношении, если сравнивать с цифрами, которые были лет семь назад. Мне кажется, это связано с тем, что я стараюсь выстраивать, хоть и небольшую, в рамках миниатюр, но драматургию, а еще с тем, что не боюсь экспериментировать и местами «гладить слушателя против шерсти».

Еще одной особенностью Вашего творчества является то, что Вы оказываетесь в числе лидеров и по оценкам профессионалов, и по оценкам школьников. Как Вы пришли к стилю, сочетающему черты академического и популярного жанров?

И.Б.: В этом заслуга моего главного учителя - моего отца. Он - профессиональный композитор, и именно он заложил в меня ту базу и тот стержень - как музыкальный, так и философский, - которые уже очень сложно сломить в какую-либо другую сторону. Я мелодист, и для меня главное - мелодия, а уже она прокладывают путь к сердцу слушателя. Но чтобы было и профессионалам хоть чуточку интересно, нельзя забывать о чертах именно своего лица - нужно стараться их отыскать и внедрить в творчество, но не ставить это во главе всего. Важно служить тому музыкальному образу, который к тебе пришел, быть в его подчинении.

За эту грань я благодарен не только отцу, но и обучению в Гнесинке, ведь, если говорить коротко, вся моя музыка не стоит и двух нот прелюдии до-диез минор Рахманинова.

Есть ли у Вас любимый композитор в жанре классической музыки? И если есть, то что Вас больше всего привлекает в его творчестве?

И.Б.: Сложно выделить одного любимого, конечно, Рахманинов (уже вышеупомянутый) и многие другие. Но сейчас я хочу сказать пару слов именно о Георгии Свиридове. В его музыке есть что-то исконно русское, почвенное. Мне кажется, проза Астафьева и музыка Свиридова имеют много общего, и это общее очень близко моей душе.

О творчестве классиков различных музыкальных жанров спорят многочисленные критики. Треки популярных артистов собирают множество комментариев фанатов и хейтеров. Насколько для Вас ценна обратная связь от слушателей? И есть ли польза от критики?

И.Б.: Конечно, мне приятно, когда слушатели ценят мое творчество и пишут хвалебные комментарии. Но, как и любой творческий человек, я остро реагирую на критику, болезненно местами. Правда, конструктива в ней бывает очень мало. Конструктивную критику я получаю больше от отца и от мамы (она, кстати, музыковед по первому образованию), и она для меня является важным мерилом. Такая критика действительно приносит пользу, помогает не потерять себя.

Вы не только сочиняете музыку, но и сами исполняете фортепианные партии на концертах. В классической музыке совершенно не обязательно, чтобы произведение исполнял сам автор. Насколько для Вас важно быть на сцене во время исполнения Ваших произведений? И как бы Вы отнеслись к каверам на них?

И.Б.: Желание выступать со своей музыкой появилось как-то сразу: как только я начал сочинять, представлял и мечтал, что буду с этими пьесами выступать. Концерты - очень важная составляющая моей жизни. Это и контакт со слушателем, и обмен энергией, это и выход из зоны комфорта, и эмоции, впечатления, путешествия, и, не буду скрывать, основной мой заработок.

А к интерпретациям и каверам я всегда открыт, всегда интересно послушать свои пьесы со стороны, особенно если это сделано талантливо.